Дорусская история: русско-телеутская война. Часть II.

Материал из DarlingCity - история каждого дома
Перейти к: навигация, поиск

Первая страница статьи «Дорусская история: русско-телеутская война.» здесь - [[1]]


Абак начинает бить ясачные русским народы. В 1617-м - чатов, в следующем - разоряет «кузнецов», уводит к себе целыми семьями ясашных шорцев. Русские ставят первый Кузнецкой острог. Прерывает работу «колмацкий торг». Некоторые моменты русско-телеутской войны, касающиеся левобережья, мы осветили в первой части нашего исследования. Осады Чатского городка (несколько севернее Колывани) в 1617, 1624, 1629, столкновения у озера Чаны, походы на Томск в 1930-м.

В конце 1620 года на территории Теленгетского ханства появляется джунгарский хан Хара Хула. Потрепев поражение от Алтын-хана и казахов, джунгары сначала появляются в Теленгетской степи, а затем и на правобережье Оби. Телеуты сообщают в Томск о намерении ойратов «кочевать около Томского города» и подготовке ими весеннего военного похода на Томск и Кузнецк. Русские быстро оценили собственную опасность вторжения ойратов, и в январе 1621 года в Ургу хана Абака направляется посольство во главе с боярским сыном Баженом Карташевым и чатским мурзой Тарлавом. Во время переговоров союзник теленгетов башчи коурчаков Коксеж неожиданно попытался убить русских послов. Хан Абак не допустил этого, а в ходе схватки с Коксежем и его людьми был ранен сам. Военно политический союз между Русским царством и Теленгетским ханством был восстановлен на прежних условиях. 3 мая 1621 года томские воеводы отписывают в Москву о верности белых калмыков договору и походе хана Абака с 200 воинами на «государевых ослушников» тубинцев, маторцев и качинцев. В октябре 1622 года снова происходит совместный поход русских и телеутов против енисейских кыргызов.

Но противостояние продолжалось. Еще в 1621-м кузнецкий воевода Тимофей Бобарыкин через посольство Я.Захарова требует возвращения угнанных ранее ясашных «кузнецов». Абак не принял послов, и они вернулись в Кузнецк ни с чем. В 1622-1624 годах кузнецкие воеводы объясачили (по 10 соболей с человека) окраинные роды телеутов азкештым, тогул, тагап, керет, вызвав открытое сопротивление местного населения. Кузнецкий воевода Евдоким Баскаков писал томским воеводам князю Афанасию Гагарину и Семену Дивову: «Многие кузнецкие люди не в послушании, а государю на нынешней 132 год ясаку не дали, а збираются в скоп, а хотят з государевыми людьми битца; а которые государевы ясачные люди в послушанье и ясак государю дают, и тем ясачным людем от колмацких людей истеснение великое, и обиды их женам и детям, мучат и в полон емлют, а иных секут …Кузнецких ясачных людей от тех калмацких людей оборонять некем, служилых государевых людей в Кузнецком остроге мало».

В 1624 году происходят многочисленные пограничные стычки под Томском и Кузнецком. Внезапные нападения отмечены с обеих сторон. К телеутам убегают азкештимцы и тогульцы. Дело дошло до убийства послов. В июле1924 года к Абаку из Томска было направленно посольство И.Белоглазова с задачей «выговора» и требованием выдачи «воровских людей». Абака в урге не оказалось. И, видимо, послы повели себя достаточно агрессивно, т.к. разговор с «лутчими людьми» закончился ограблением послов и даже убийством казака Л.Алексеева (Миллер Г.Ф, «История Сибири», 1941, т.II, стр.320-321). Воеводы не увидели в инцеденте вины Абака, прислали к нему с компромиссным предложением толмача Янсара, и в мае следующего года прибывшие в Томск телеутские послы Куранак и Урлей заверили о даче Абакаком «крепкой шерти» после возвращения от Хара-Хулы.

И хотя хан шерть так и не подтвердил, переговоры продолжались. С ними продолжалась и колонизация. В 1625 1626 годах русским удалось договориться о возвращении «под ясак» азкештимцев и тогульцев. Они обкладывают ясаком «щелканцев» (челканцев). В 1627 году отряд кузнецкого казачьего атамана Петра Дорофеева прошел с Кондомы в верховья Бии и силой взял ясак с тубаларских родов тибер, чагат, тогус, калан, а также с шорцев верхнего течения реки Мрассы. Всех «их телеутская аристократия считала своими кыштымами».


Антирусская коалиция.

И в 1628 году Абак опять порывает с русскими и запрещает своим кыштымам выплачивать ясак русскому царю, призывает убивать ясатчиков и забирать их оружие. Колониальная война получает второе дыхание. От Тары до Кузнецка вспыхивает широкая компания неповиновения. Начинается ряд восстаний тарских, барабинских, томских и других татар. Абак активно поддерживает повстацев, предоставляет им убежище на территории Теленгетского ханства. В Томске широко идут слухи, что Абак и калмыки хотят Кузнецк «зажечь берестами», «толочить хлеба», жечь сено и т.д. Усилить кузнецкий гарнизон оказалось чрезвычайно сложно из-за накопившейся невыплаты жалованья служивым. (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.46). В 1629 году Абак облагает албаном качинцев. От Московии откладывается Абаку все больше уже объясаченных волостей телеутских земель и кузнецкой котловины.

Начал формироваться антирусский союз Кучумовичей, телеутов, барабинских и чатских татар. Переговоры велись даже с ойратским тайшой Хара-Хулой. Особое место здесь принадлежит чатам. Их знатный мурза Тарлав, ранее принявший русское подданство, отложился от русской службы, вышел с людьми из Чатского городка, ушел вверх по Оби и в 1629 году при впадении в Обь речки Чингис основал свой городок – новую столицу чатов. Отсюда Тарлав активно беспокоил Томский округ. В 1630 году томский воевода, князь «Петрушка Пронской» с товарищами Олешкой Сабакиным и Боженко Степановым отписывает царю Михаилу о том, что «чацкой мурза Тарлавко тебе… изменил, со всеми своими людьми ис Чат вышел в Белые колмаки и тестю своему к князьцу Абаку».

Обеспокоенные томские воеводы «многижда» посылают в Телеутский улус посольства. В марте 1630 года послали к Абаку служивых людей пятидесятника Петрушку Афанасьева, да конного казака Гришку Кольцева. Но в этот раз князь вовсе был не расположен к переговорам и посольство уехало ни с чем. К тому же Абак задержал служилого эуштинского татарина Бектулу Бегичева, бывшего в составе посольства толмачем, над которым позже «ругались, нос и уши резали, [и груди] взрезали, для [того] что он Бектула тебе государю служил».

В апреле 1630 года телеуты и южные чаты совершили набег на Томский уезд. Внезапности добиться не удалось, так улусный татарин мурзы Бурлака Аиткулина упредил русских о приближении «воинских людей». Гарнизон близлежащего Тоянова городка был немедленно усилен, союзники повернули, разорили «чацкой Кызланов и Бурлаков городок (Мурзин городок – К.Г.), и хлеб пожгли, и Кызлановых и Бурлаковых татар, которые в том городке были у хлеба, побили, а иных поймали, и твою государеву ясачную Шагарскую волость повоевали». «Убиты были также 20 русских ратников и подьячий Г.Тимофеев». 20 мая из Томска был отправлен водою в чатские острожки сын боярский Гаврила Черницын с служилыми людьми и татарами, чтобы пробыть там несколько времени, дать при случае отпор врагу и подробно проведать об его намерениях. 29 мая Черницын напал на врагов «на перелазе через Обь». Им пришлось принять очень невыгодный бой, в котором союзники понесли большие потери, в том числе чатского мурзу Казгулу, тулуманского лучшего человека Мурата, и вынуждены были броситься в бегство. По свидетельству остяков (хантов) на протяжении 20 верст от места боя, по дороге, где бежали в Барабинскую степь побежденные, можно было повсюду видеть большое количество убитых людей в панцирях, мертвых лошадей, все имущество неприятеля было разбросано в беспорядке. (Миллер Г.Ф. «Истории Сибири», гл.9, §41, Прил.427). Несмотря на военный успех, под угрозой нового нападения вновь спешно укрепляется Томск – ставится новый острог по обе стороны Ушайки. Профессор А.П Уманский отмечает, что поход под Томск в 1630 году был самой враждебной акцией Абака против русских за все 25 лет телеутско русских контактов. Сам этот год всеми исследователями считается как наиболее критический в истории завоевания Сибири.

Особое место нашего исследования занимает жемчужина Новосибирской области – Караканский бор - красивейшее место, полное загадок и мифов: про мега-дюну, образовавшуюся 2,5 тысячелетия назад из-за гигантского прорыва воды в горах Алтая; про тысячелетние курганы с воинскими погребениями; про захороненую здесь руку Чингисхана; про девственниц и рыцарей, превращающихся в скалы; про Шервудский лес и сибирского Робин Гуда Афанасия Селезнёва; про лодки с золотом на дне рек и озер. Одно известно точно – здесь до сих пор стоит село Чингис, основанное в 1629 году чатским мурзой Тарлавой, и здесь случилась битва, пожалуй, самая важная на правом побережье области, морально переломившая ход войны для анитирусской коалиции.

Тарлав был знатен, опытен, храбр и очень популярен среди местного населения. Объединение вокруг него сил сопротивления могло быть катастрофическим для колонизаторов. Нельзя было допустить появления у стен Томска новых тысяч всадников, поход коий реально готовился союзниками. После ряда неудачных посольств к Тарлаву и тестю его князю Абаку с предложением «отстать от измены», 5 марта 1631 года томский воевода Петр Пронский направил против мятежного мурзы отряды смоленского дворянина Якова Остафьевича Тухачевского из трехсот казаков и чатского мурзы Бурлака с сотней чатских и томских татар. (Волков В.Г. Мурзы и князцы чатских и томских татар XVII-н. XVIII веков. Опыт генеалогической реконструкции династий).

Отряд Тухачевского, участника многих войн Смутного времени, обладавшего недюжинными военными и дипломатическими способностями, состоял из опытных бойцов. Здесь были и знакомый уже нам казачий голова Молчан Лавров и первый кузнецкий воевода Остафий (Евстафий) Харламов (Михайлевский). По другим источникам общая численность отряда доходила почти до 900 человек. Чингис-городок был богат и неплохо укреплен, но на вооружении у русских были небольшие пушки. Поскольку со стороны берега городок был защищен непроходимым бором, казаки и татары шли «Обью-рекой» на лыжах, а провиант и вооружение тащили на собаках нартами. (Миллер Г.Ф. «История Сибири», 1941, т.II, стр.376). Шли очень быстро. Путь в 5 недель был пройден в 2,5. В результате гонцы Тарлава к союзникам (телеутам, Кучумовичам, орчакам) не помогли. Даже телеуты не смогли подойти вовремя.

Несмотря на двойной численный перевес (у Тарлака было 192 человка чатских, барабинских, терпинских татар и калмыков), материальное и огненное преимущество, Тухачевский не спешил со штурмом крепости, а поначалу только осадил ее, надеясь принудить популярного Тарлава сдаться. Но казачки его, поняв, что могут лишиться своей военной добычи, готовы были самовольно идти на приступ. Узнав, что осажденным идет подкрепление, Тухачевский решился на штурм. Сделав деревянные щиты для защиты от стрел, казаки начали «к городку приступать». Во время штурма с тыла «на помочь» подошел отряд Кучумовичей. Тем не менее, нападавшие смогли и сдержать подкрепление и взять крепость. Мурзе Тарлаву с телохранителями удалось вырваться и бежать вглубь Караканского бора. Но казаки во главе с сыном боярским Остафием Харламовым настигли их, и в схватке якобы с самим Харламовым князь был убит. Яков Тухачевский и здесь не растерял своего дипломатического опыта – на глазах своего на четверть татарского войска и многочисленных пленных он организовал торжественные похороны поверженного противника.

Но на смерти мурзы драматическое сражение у Чингис-городка еще не было закончено. Подошли белые и черные калмыки. Объединившись с оставшимися Кучумовичами, они «приходили к ним к Якову к острожку» и осаждали его. Тухачевский «многижды» высылал служивых «на выласку» и успешно отбился от противника. (Уманский А.П. «Телеуты и сибирские татары в XVII веке», 1972, стр.128). Во время боев у Чингис-городка русская сторона потеряла 10 человек убитыми и 67 ранеными, сибиряки потеряли убитыми 185 человек и 30 ранеными, 8 чатских мурз, 10 татар было взяты «в языцех». Сыновья Тарлава Итегмень и Коймас (Козбас) были приютены Абаком.

С гибелью Тарлавы антирусская коалиция распалась, чаты и тулуманы поспешили признать «холопство» от русского царя. На месте твердыни чатского князя образовалось большое русское село, сохранившее свое имя и сегодня - Чингис.

Продвижение на Алтай и Кузнецкие походы.

В 1632 году русские решили разрезать территорию телеутов, проникнув им глубоко в тыл и закрепиться на Алтае «для оберегания государевых волостей Кузнецкого уезду», соорудив на берегу Бии пограничный острожек «в пристойном месте». Удача этого дерзкого похода сулила колонизаторам сильнейшее ослабление гегемонии телеутов и по большому счету присоединение всего правобережья Оби с объясачиванием народов горного Алтая. Но, посылая в военную экспедицию отряд под командованием боярского сына пятидесятника Федора Пущина, томские воеводы Иван Татев и Семен Воейков как-то не совсем верно оценили силы «послав служилых людей 60 человек».

20 июля отряд на трех дощаниках выходит из Томска вверх по Оби, примерно 12 августа (по подсчетам Уманского) пересекает «телеутскую межу», 21-22-го у Камня его с протестом встречают парламентеры Абака. Но отряд продолжает движение и 31 августа отряд достигает устья реки Чумыш. 3 сентября телеуты под командованием старшего сына Абака - Коки и бия Изенбея нагоняют Пущина выше Чумыша и разбивают его. Здесь тоже есть разночтения – от пятидневного кровопролитного боя (Потапов Л.П.) до короткой перестрелки (Уманский А.П.). Тем не менее, после переговоров, простояв «до полтретья дня» казаки поворачивают назад. Не знаю уж в память об этом сражении или случайно, но вблизи места этой битвы сегодня есть озеро под названием «Телеутское», речка Телеутка и «телеутские курганы» у деревни Кислуха.

Пойманный русскими теленгет Айдарка показал на допросе: «…приказывал де Абак, что живут по Оби его Абакова Улуса небогатые людишки для рыбной ловли, и они б де тех людей ничем не замали. Да Абак же велел говорить: для чево воеводы посылают в мою землю острога ставить, я де никаково задору з государевыми людьми не чинил и никакие де перед государем измены моей не бывало» (Миллер Г.Ф. «История Сибири», М., 1941, т. II, стр.395).

Пущинский поход, хотя и был проигран, имел значительный резонанс. Русскими впервые было пройдено неизвестное верхнее течение Оби почти до Барнаула. Не решаясь на повторное продвижение вверх по долине Оби, колонизаторы перенаправили свое продвижение на Алтай через фланги: на западе по долине Иртыша, а на востоке по Кондоме с выходом на Бию и Телецкое озеро.

Несмотря на неудачный исход первой экспедиции, томские воеводы уже в феврале 1633 года опять отправляют на юг отряд боярского сына Петра Сабанского. Казаки «лыжным ходом» добрались до Алтын-Нор (Золотого озера). Здесь жили тёлёсы, верные союзники теленгутов. Этот маленький народ тоже в течение более десятка лет оказывал упорнейшее сопротивление колонтизаторам. В 1633-м местному князю Мандраку удалось избежать разгрома, и увести народ на южный берег озера, хотя казаки пленили его жену и сына Айдара с невесткой. На следующий год Мандрак приехал в Томск, выкупил семью, обязался уплачивать ясак по 10 соболей с человека, но ясака в последующем так и не дал. В 1642-м томские власти вновь посылают на Телецкое озеро Петра Сабанского и Петра Дорофеева с казаками. Против тёлёсов проводится целая войсковая операция. Сабанский строит дощаники и переправляется через озеро, Дорофеев с отрядом обходит озеро горами. Казаки осаждают крепость тёлёсов в устье Чулышмана. Осада длилась 12 дней и еще бы продолжилась, если бы не случайное пленение князя Мандрака и безрассудная вылазка из крепости его сына Айдара. На этот раз в качестве заложника в Томск увезли Мандрака, а всех других членов его семьи освободили под обязательство Айдара платить ежегодно дань. (Андриевич В.К. История Сибири, т.1, СПб, 1889. стр.97-98). Уже в следующем году, после смерти в плену князя Мандрака тёлёсы вновь отказались платить ясак, и в 1646-м сын томского воеводы Борис Зубов предпринимает очередной поход против тёлёсов, разбивает их, многих пленит, но тёлёсы вновь «откладываются». В 1653-м на озеро приходит карательный отряд Петра Дорофеева, но никого там уже не находит. Ясак платить некому - тёлёсы ушли под покровительство теленгетов. Память о маленьком гордом народе сохранилась в нынешнем названии Алтын-Нор – Телецкое озеро.

Необходимость «острогу ставить» при слиянии рек Бии и Катуни поднималась и в 1651, 1667, 1673, 1683 годах, но построить Бикатунский острог колонизаторы смогли только «многочисленным отрядом» в 1709 году. Пока же русские предпочли временное замирение в Южной Сибири и активизировали свое проникновение в Восточную Сибирь и на Дальний Восток. Отношения между теленгетами и русскими снова смягчились. Телеутский князь Абак продолжал медлить с признанием своей зависимости, но в 1632 году все же отправил своих внуков Итегменя и Коймаса в Томск, где они были признаны томским воеводою служилыми мурзами чатских татар и приняли в наследство бывшую Ургу своего отца Тарлава. Годами позже родственники Тарлава и другие чаты частенько ездили в гости к родичам-телеутам или просто для торговли, выполняя при этом шпионские поручения своих новых хозяев.

Но пограничные стычки все-таки возникали, хотя и редко. К 1633 году енисейские кыргызы активизировали свои набеги на русские земли, в Томске зрел «заговор Литвы», Абак потерял почти всех своих союзников, к тому же произошло значительное усиление противника обоих государств – Джунгарии. Ойраты вновь стали реальной угрозой. Стремясь к нормализации русско теленгетских отношений, русская сторона с сентября 1633 года по сентябрь 1634 года направила в Теленгетское ханство четыре своих посольства (В.Седельникова, Е.Степанова, Б.Карташева, О.Харламова) и приняла несколько ханских посольств. И в конце 1634 года договор был восстановлен. Требуемой личной шерти Абак так и не дал, но возобновил «колмацкий торг», вернул на из прежние места ускатцев и комляшцев, а также мурзу Айдека. Телеутам разрешили кочевать «ближе к Томску, в которых местах он, Абак, кочевал на Мерети до Торлавковы измены в 137 году» (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.57). Еще хан обещал оказать военную помощь в совместном походе против енисейских кыргызов, но поход этот так и не состоялся.

В начале 1635 года от хана Абака отложился Майчык (Мачик, Бачик, Маджика) - сын Кашкай-Буры, младшего брата Абака. Теленгетское ханство раскололось на два государства: Большой Теленгетский Улус (западный) и Малый Теленгетский Улус (восточный). Во главе Большого остался хан Абак, а Малое Теленгетское ханство возглавлял Майчык Кашкайбурунов. Улус Абака (а позднее сына его Коки) располагался на правом берегу Оби при впадении в нее речушки Мереть, между устьями рек Чумыш и Бердь. Это место на территории нынешнего Сузунского района было «политическим центром» Теленгетского государства с 20-х почти до середины 60-х годов XVII века. (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.203).

Уманский оба Улуса называет «Большими», хотя известно, что Улус Майчыка был значительно меньше (1000 человек). Впоследствии в соперничестве с ханом Кокой и борьбе против русских Майчык опирался на Джунгарское ханство Батура-хунтайджи. Л.П. Потапов в своем историко-этнографическом очерке «Этнический состав и происхождение алтайцев» утверждает, что почти до конца 50-х годов XVII века теленгетский хан Кока Абаков то объединялся с князем-сепаратистом Маджиком для совместных действий против городов Томска или Кузнецка, то ссорился и враждовал. Однако, современные исследователи (Уманский, Тенгереков) постоянно уличают Потапова в искажении фактов. Тем не менее, общепризнано, что в 1630-х годах Майчык был организатором «телеутской баранты» - прямого грабежа русских ясачных волостей.

В середине сентября 1635 года великий сын телеутского народа хан Абак скончался в преклонном возрасте. (Тенгереков И.С. «Теленгеты», 2000). После смерти Абака Большой Теленгетский Улус наледовал его старший сын Кока-хан. Томские воеводы сразу направляют к нему посольство во главе с казацким десятником Зиновием Литосовым сыном Амосовым для подтверждения договора, заключенного его отцом. Хан Кока подтверждает преемственность союза и отправляет со своим братом Имесом ответное посольство в Томск. Летом 1636 года уже Кока Абаков, совместно с русскими выступает в поход против кыргызов.

В то же время Иоган Фишер в книге «Сибирская история» пишет, что еще до этого, весной 1936, когда кыргызы напали на уезд, хан Кока совершил поход на Кузнецкий острог, ставшего к тому времени главной целью телеутов. Но профессор Алексей Уманский и другие современные исследователи считают, что это нападения не было, а это была уловка кузнецкого воеводы Григория Кушелева, предпринятая с целью ускорения перевооружения кузнецкого гарнизона более современным оружием – «короткими пищалями». Тем не менее, случаи телеутской баранты со стороны людей Коки отмечены в 1638-м и других годах. Из другой «Отписки кузнецкого воеводы Дементия Кафтырева» о подкреплении Кузнецкого острога томскими служилыми людьми следует, что 7 октября 1639 (некоторые исследователи ошибочно называют 1648 год) под видом торговли в Кузнецк явился племянник Коки хан Малого улуса Майчык и его люди. «…и когда жители, считая это делом обыкновенным, вышли для торговли на становище, он, нимало не медля, приказал вдруг напасть на русских, и перебил их, сколько успел, а в то же время, обобрав вынесенные ими товары, ушел в степь» (Кузнецкие акты. Сб. док. Вып. 2. Кемерово, 2002; «Миллер Г.Ф. «История Сибири», т.III, М., 2005). При вероломном нападении погибли 15 горожан, многие были поранены. Хан Кока же тогда кочевал в 2 днях от Кузнецка, чем вызвал недовольство его воевод.

Официально же, Русское царство и Большой Теленгетский улус с 1635 года по 1642 год решали все спорные вопросы путем дипломатических отношений, не прибегая к военной силе. Однако, в 1643 году отношения двух государств снова были испорчены. Кузнецкие воеводы проявляли большое усердие перед Государем. Начинается война двоеданичества. В 1642-м Петр Сабанский предпринимает военный поход на Горный Алтай против тёлёсов, которых Хан Кока считает своими кыштымами. В 1643-м под Кузнецкий острог «приходят керсагальские люди с Мачиком», побивают служилых и подгорных татар, а также грабят ясашных людей по уезду и «государева де ясаку платить не велят». (Отписка кузнецкого воеводы Дементия Кафтырева томскому воеводе стольнику князю Семену Клубкову-Масальскому). В ответ Петр Дорофеев идет на Бию против керсагалов. Естественно, в результате учиненного «поиска» керсагальцы потерпели поражение и были полонены, а на обратном пути в Кузнецк Дорофеев успевает еще и разбить группу «Мачиковых мужиков». В том же году Шестачко Яковлев делает попытку объясачить и самих белых калмыков! Его отряд пришел в Мундусскую, Тотошскую и Кузегецкую «волости», где проживали телеуты башчи Ентугая Конаева, родного дяди хана Коки! (Самаев Г.П. «Присоединение Алтая к России», Г-А., 1996). «…и с ними де Шестачком Яковлевым с товарыщи учали бой, из луков стрелять, и они де служилые люди Шестачко Яковлев с товарыщи с теми мундусскими и тотошскими и кесегецкими людьми, прося у бога милости, учали битца и над нами промышлять; с божией милостью и государским счастьем… мундусских и тотошских и кесегецких людей на бою многих побили и иных переранили, и з бою многие раненые разбежались, а жен и их детей в полон поимели… а их де, господине непослушников было 35 человек» (отписка кузнецкого воеводы Дементия Кафтырева).

Русские одну за одной стали ставить вверх по Оби свои деревушки и вскоре телеутская межа на правом берегу Оби проходила уже по реке Оуень (Иня). Первое русское село на «новосибирском» правобережье возникает около 1644 года в месте впадения в Бердь реки Барсучиха. Это – Маслянино. Территория между «бобровыми» реками Иней и Бердью называлась Таволганом. До конца первого десятилетия XVIII века Таволган (у русских – Чернолесье, на карте отмечено зеленым) был пограничным рубежом и оставался общим местом охоты. В записке томского воеводы Григория Петрово-Соколова от декабря 1708 г. говорится, что «томчане русские люди, чатские татаровя и белые выезжие калмыки в летнее и осеннее время в урочищах Таволганских лесов и по рекам Ине и Берди для звериного, хмелевого и лодочного промысла и для жерновов бывают в промыслу по 500 человек и более». (А. Бородовский, «Лодки Таволгана». «Наука в Сибири», май. 2005). На этом же «чертеже земли кузнецкого города» Семена Ремизова мы видим несколько телеутских поселений по обоим берегам Оби. Исторический топоним Таволган сохранился до сих пор. В Искитимском районе в междуречье правых притоков Берди - рек Малый и Большой Елбаш расположено урочище Малый Таволган.

Давление Московии вынудило хана Коку в 1645 году установить добрососедские отношения с Джунгарским Улусом и дать шерть ойратам (Батуру-хунтайджи). Это очень встревожило русских, так как грозило потерей населения и территории Телеутского Улуса для колонизации, и 12 июня 1646 года в Ургу хана Коки прибыло русское посольство во главе с Петром Сабанским. В связи с восхождением на русское царство Алексея Михайловича, послы просили официального подтверждения действия русско-телегетского договора. «Лутчие люди» подтвердили шерть, а князь Коку отказался, мотивируя тем, что Ентугай и Урузак уже дали за него шерть в Томске. Отказ хана Коки от личной шерти не устраивал русского царя. В свою очередь, глубокой осенью того же Майчик послал в Кузнецк посольство Биличека с челобитной об отпуске вины за погром на Кузнецком торговище. Биличек также дал шерть кузнецкому воеводе Афанасию Зубову, но от уплаты ясака хан отказался, обещая лишь «поминки», но на деле ничего не выполнил. (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.64).

Тут же, в 1646 году состоялся сокрушительный военный поход томского воеводы Бориса Зубова притив тёлёсов, которые после смерти своего князя Мандрака попытались отложиться от русских. Возмущенный Кока тут же посылает в Кузнецк, а затем и в Томск своего посла Чоту Битенева с протестом за своих кыштымных людей, представитель которых только что шертвовал посольству Сабанского. В Кузнецке ссылаются на распоряжение томского воеводы Осипа Щербатова. Сам же Щербатов отрицает свою причастность к организации похода и посылает запрос в Кузнецк: «по государевым грамотам или своим произволом» произошел поход. Включилась так знакомая нам бюрократическая вертушка. В ответ Кока сворачивает торговлю в русских еуздах, отказывается от совместных военных действий против тайши Кулы, и подвергает погрому Боянскую, Тогульскую, Тюлюберскую волости Кузнецкого уезда и подгорных абинцев, уводя людей к себе. Хан усиливает сбор албана с двоеданцев. Сразу же взвинчиваются цены на скот, что вызывает сильное недовольство русских «служилых людей». Чтобы как-то сгладить положение, к Коке было направлено посольство томского сына боярского Степана Александрова (Гречанина) – Кока встретил его пренебрежительно и не слушал. У самого посла украли коня, а члена посольства Кызланова просто избили. Не желая ухудшать отношения с русскими, хан вслед оскорбленной миссии отправляет своего посла Урузака, который в Томске приносит извинения, объясняя призошедшее тем, что Кока был пьян. (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.73-74).

В 1648-1649 годах случился «Томский бунт» – взаимная враждебность воевод Щербатова и Бунакова вылилась в восстание. Часть служивых захотела покинуть город и «завести Дон» в верховьях Бии и Катуни. Илья Бунаков пытался втянуть в воеводскую распрю хана Коку, в его улус регулярно и с обеих сторон засылаются послы для сбора компромата на противника, подделываются посольские статейные списки и т.п. Пока одни дрались, другие устремились укреплять свои позиции у двоеданцев. И Кока, и Майчык кочуют взлизи Томска и Кузнецка и значительно усиливают баранту в ясашных волостях - более того, в одностороннем порядке регламентирует свою и русскую доли. «Заказал твой государев ясак платить по десять соболей с человека не велел, а велел платить твой государев ясак по 5 соболей с человека, а по 5 соболей велел Кока к себе приносить» (Токарев С.А. «Докапиталистические пережитки в Ойротии», Л., 1936, стр.117).

Кузнецк пытался утихомирить телеутов. Посольство к Коке Шестачко Яковлева и И.Иванова в июне 1648-го успехом не увенчалось – хан «выговора» не принял и обвинений «ясашных» не признал. В конце 1649-го новый кузнецкий воевода Григорий Засецкий по требованию Москвы посылает к Майчыку посольство подъячего И.Васильева и толмача-татарина Конайко, которым удается подтвердить шерть на условиях 1646-го года - «ясак и аманатов не дававать, а присылать лишь поминки». Но и те через год резко сократились, после прекратились вовсе, а люди Мачиковы вновь стали чинить двоеданцам «обиду великую». (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.66-67).

В начале 1650 года томские воеводы вновь получили царскую грамоту, где Алексей Михайлович настоятельно требует подтвердить договор о военно политическом союзе между Русским царством и Теленгетским Улусом лично у хана Коки. В апреле в Ургу хана прибывает посольство во главе с боярским сыном Иваном Петровым. В тот же день посол получил аудиенцию хана Коки и личное подтверждение действия договора с чаркой «золота в меду», считавшейся у телеутов самой действенной. В этому времени Коке очень нужна поддержка (или хотя бы прикрытие) в противостоянии с Майчыком и ойратским тайшой Сакылом (двоюродный племянник Батыра-хунтайджи), только что покорившем орчаков – союзников Коки.

Но надежды сторон на нормализацию отношений не оправдались. В 1651 году людьми чатского мурзы Бурлака Аиткулина был отравлен Едерек (Идерек) – шурин Коки. Хан посылает в Томск своих послов с требованием назазать отравителей, а также выдать 11 беглых семей, подданых Теленгетского ханства. Русские отказались выдать беглых и не приняли никаких мер в отношении холопа чатского мурзы. Урегулировать возникшие проблемы путем переговоров не удалось. В том же году, после нескольких попыток (керсегальцы «вожей на давали»), кузнецкому казаку Афанасию Попову удалось пронуть за Бию реку, в верховья Катуни, нарушив границы Теленгетского ханства. 5 июля отряд вернулся, приведя с собой посланника ойратского тайши Чокура Убаши – Самаргана Ирги, указавшего колонизатором лучшее место «на усть Бии и Катуни реки острог поставить». (Миллер Г.Ф. «История Сибири», М, т.II, 1939, прил.472).

В ответ теленгуты подходят к Кузнецкому острогу и разоряют подгорные селения. Письменных источников о данных событиях не сохранилось, но отписка в Москву Михаила Волынского, первого разрядного воеводы Томска отмечает: «А в нынешнем, государь, во 159 (1651) году точи, и мугаты, и саяны тебе, государю, ясаку с своих улусов не дали». (Кузнецкие акты. Сб. док. Вып. 2. Кемерово, 2002. стр.185). Дабы склонить кыштымов к переходу в русское подданство, в годы, пока шли распри между мундусскими князьями, колонизаторы распространили среди телеутов и их кыштымов слух о том, что Теленгетское ханство все равно распадается на ряд мелких улусов, и не сумеет постоять за своих подданных. Среди сибирских тюрков ходила поговорка: «Мундус jуулуп Эл болбос. Бука jуулуп мал болбос» (Когда мундусы собираются вместе не быть государству. Когда собираются вместе быки не быть скоту). (Тенгереков И.С. «Теленгеты», 2000).

К концу 40-х и в 1652 году тёлёсы вновь перестали вносить в царскую казну ясак, а сами стали брать дань с кондомских шорцев, терроризируя их. Чтобы избежать угрозы расправы от русских, князь Кока с согласия башчи тёлёсов Айдара, переселяет весь народ Телеской волости с Алтын-озера в пределы Теленгетского ханства, а также возобновляет сбор албана с кузнецких волостей и улусов, прекращает торговлю с Российскими уездами. В 1653-м русские служилые, пришедшие в черневую тайгу на побережье Телецкого озера «для сбора ясака с народов, кочующих в окрестностях озера нашли берега его совсем безлюдными. Тёлёсы перекочевали в неизвестные русским места» (Камбалов Н.А., Сергеев А.Д. «Первооткрыватели и исследователи Алтая», Б., 1968, стр.7). Тёлёсы вернулись на озеро только после разгрома Джунгарского ханства Китайской империей в 1755 году. В 1745 году российская экспедиция, возглавляемая Петром Шелегиным, встретила «в Чулышманской долине…около трёх десятков телеутских юрт…».

Кузнецк упорно не желает признавать русско-теленгетский договор и продолжает ходить в казачьи походы «за зипунами» в порубежные земли. В январе и марте 1653 года кузнецкий воевода Федор Баскаков самочинно (по просьбе ясышных и кузнецких служивых) проводит две карательные операции против Теленгетского ханства. В январе сыскной отряд П. Лаврова (видимо, Поспела, т.к. он был пятидесятником, а брат его Петр – царским гонцом) и И.Васильева за Нижней Кумандой громят телеута Юлутку и других кыштымных людей, уводят в Кузнецк их семьи. 10 марта давний враг теленгетов атаман Петр Дорофеев с пятидесятником Кузьмой Володимеровым и хорошо вооруженным отрядом в 200 казаков, выступил против «телесских изменников» - Босея «с товарищи» и беглых азкештимцев. До Телецкого озера казаки не пошли, а ограничились тем, что просто постреляли-пограбили азкештимцев, и узнав об охотящихся «в Калмыцких урочищах вверх по Чюмышу реке» братьях Коки - Койбасе и Имени с улусными людьми «ста с три», быстренько вернулись в Кузнецк. Баскаков срочно отправляет к лешующим телеутам Лаврова и Васильева. Кузнецкий отряд до нитки ограбил охотников: у них отобрали от 100 до 170 лосиных туш «с кожами и с мясом» и полонили 15 людей Имена.

Хан Кока снова выступил с резким протестом и требованием объяснения необъявленной войны против Теленгетского ханства. Послам в Кузнецк (Моохаю Телекову и Боку Саиранову) Баскаков ответил, что это его отместка за унижение его ясатчиков (им пообрезали бороды) тёлёсами и саянцами. Неудовлетворенные послы поехали в Томск Имевшие строгий наказ Москвы «не воевать» Коку и его людей, и пытаясь соблюсти законность, томские воеводы Никифор Нащокин и Аверкей Болтин в августе 1653 года начали проводить следствие. На что Дорофеев «гилем и многим шумом» пригрозил, что если комиссия и дальше будет вести следствие, то все казаки уйдут на реку Бия и Катунь – там пахоты много и поставят себе острог, и с Томском битца будут, а «государю от этого поруха будет!» Еще немного послушала комиссия Романа Старкова слаженные допросные речи: «Кокиных братьев не осаждали, на убитых лосей наткнулись случайно, холоп сам пришел в русский стан и т.д.», свернула свою работу и «зачинщиков бунта не тронула». («Славянская энциклопедия. XVII век». М., Олма-пресс. 2004), (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.84-88). Материалы следствия были направлены в Москву. Колмацкий торг был свернут, более того, принебрегая русским железом, телеуты стали успешно торговать с шорцами, приобретая оружие у них. Кока ждет случая, чтобы «свои обиды отомщать» и всерьез думает о союзе с джунгарами. В январе 1654-го по указу из Москвы к ургу Коки на Мереть отправляется с претензиями посольство Василия Былина. Все контрпретензии князем отвергаются, он грозит послать своих послов в Москву не через Томск, а напрямую через Тару, и отношения остаются неурегулированными. В мае того же года приходит Указ по итогам кузнецкого следствия за подписью дьяка Третьякова, который под угрозой царской опалы категорически запрещает военные действия в отношении Теленгетского ханства без разрешения Москвы и обязует воевод возвратить пленных теленгетов и их кыштымов. В то время царь Алексей воевал на западе с Польшей и Литвой, и ему вовсе не нужны были осложнения на востоке. В отношении же воеводы Баскакова не было определено никакого наказания, и он оставался воеводой Кузнецка еще два года.


«Выездные» и союз с Джунгарским ханством.

В 1654 обостряются отношения как внутри самого Теленгетского ханства, так и на его южных границах. Хан Майчык и младшие башчилары Абаковы в борьбе против Коки привлекали на свою сторону ойратских тайш. Другие тайши наоборот, выступали на стороне Коки. Тут у джунгар умирает Батур-хунтайджи и, соответственно, начинается борьба за власть. Кока пытается сбросить свои номинальную зависимость от Джунгарского ханства - начинается ряд войн между ханствами, но летом 1655 года Кока терпит от ойратов крупное поражение. Отступая, телеуты вынуждены были спешно переправиться на лесистый правый берег Оби в районе устья Ирмени, бросив на другой стороне скот и имущество. Воспользовавшись моментом, русские тут же направляют к хану посольство, возглавляемое Я.Поповым. Но и находясь в критической ситуации, хан Кока Абаков не стал подтверждать шерть. Его не соблазнил даже посул об «обереже». Русская сторона ни разу за почти 50 лет существования договора не выполнила своих обязательств по защите Теленгетского ханства, только сама порушала. Не ждал помощи хан и ныне, т.к. томские и кузнецкие воеводы имеют от царя прямой указ: не чинить против Джунгарского ханства никаких «задоров».

Стычки продолжаются. Находясь между русским и ойратами как между молотом и наковальней, Кока начинает налаживать контакты с кыргызами с целью объединения в борьбе против тех и других. В октябре 1656 года русские посылают новое посольство с Афанасием Сартаковым и К.Капустиным, но хан Кока не принимает его, и даже в Ургу не пускает, передав через пристава Курумшу «а с вами де пословать не о чем, потому што ис Томсково Коке даров не прислали». Продержав послов «недели з две и больше» Кока, уверенный в своей силе, пригласил служивых с ним воевати – «яз де живу на Мерете». (Уманский А.П. «Телеуты и русские в XVII-XVIII веках», Н., 1980, стр.20, 94-95).

В это время хан ведет переговоры...


Третья страница статьи «Дорусская история: русско-телеутская война.» здесь - [[2]]


Константин ГОЛОДЯЕВ